«Скрытая камера в игрушке»: Почему муж и подруга шептались в моей спальне?

— Юлия Сергеевна, вы только не подумайте ничего такого… — Марина, наша няня, замялась у самого порога, комкая в руках детский шарфик. — Но мне кажется, вам стоит повнимательнее присмотреться к тому, что происходит в доме, пока вы гуляете с Тёмочкой.

Я замерла с пакетом продуктов в руках. В голове сразу зашумело. Мы с Ромой жили в этой квартире три года, и я всегда считала наш дом крепостью. Моей личной, уютной крепостью, где не было места тайнам.

— О чем вы, Марина? — я постаралась, чтобы голос не дрогнул. — Тёма плохо себя ведет? Или Рома… Роман Алексеевич чем-то вас обидел?

— Нет-нет, что вы! Тёмочка — ангел, — няня испуганно оглянулась на закрытую дверь детской. — Просто… понимаете, когда вы уходите на те долгие прогулки в парк, в квартире становится слишком шумно. И это не телевизор. И не ремонт у соседей.

— Слишком шумно? — я нахмурилась. — Рома говорит, что он работает в кабинете. У него же удаленка, постоянные созвоны, конференции. Может, он просто громко обсуждает проекты?

— Наверное… — Марина отвела глаза, и я поняла: она что-то недоговаривает. — Просто звуки… они из вашей спальни, Юлия Сергеевна. И доносятся они, когда к Роману Алексеевичу заходит ваша подруга. Ну, эта… рыженькая.

Сердце пропустило удар. Рыженькая. Наталья. Моя лучшая подруга со времен университета. Мы делили одну парту, одни секреты, а теперь, оказывается, делили и мужа?

— Наталья заходит? Часто? — я почувствовала, как пальцы леденеют.

— Почти каждый раз, как вы за порог, — прошептала Марина. — Я не хотела лезть не в свое дело, но мне неприятно. Тёма еще маленький, он не понимает, но я-то слышу. Извините, мне пора кормить ребенка.

Весь вечер я ходила как в тумане. Рома вернулся из своего «кабинета» к ужину, выглядел абсолютно спокойным, даже довольным. Поцеловал меня в щеку, потрепал Тёму по волосам.

— Юль, а что на ужин? — спросил он, усаживаясь за стол. — Я так проголодался, весь день в отчетах.

— В отчетах? — я внимательно посмотрела на него. — И как успехи? Много звонков было?

— Да, завалили просто, — он безмятежно ковырял вилкой в тарелке. — Даже голову некогда было поднять. Слушай, а Наташка не звонила? Она вроде хотела к нам заскочить на днях.

— Нет, не звонила, — соврала я. — А зачем ей к нам заскакивать? У неё же вроде завал на работе? Папа говорил, что их отдел сейчас пашет без выходных.

Тут надо пояснить: мой отец — владелец крупной логистической компании, где и работает Наталья. Именно я пристроила её туда три года назад на хорошую должность. Рома же работал фрилансером-программистом, точнее, делал вид.

— Ну, может, завал закончился, — Рома даже не моргнул. — Ладно, забей. Пойду Тёму спать уложу.

Ночью я не спала. Слова няни звенели в ушах. На следующее утро, как только Рома «ушел в работу», а няня вывела Тёму на прогулку, я поехала в магазин электроники. Купила самую незаметную видеоняню, маленькую, как пуговица. И огромного плюшевого медведя, которого Тёме якобы «подарила бабушка».

Вечером я аккуратно вспорола мишке шов на животе, вставила камеру так, чтобы объектив смотрел прямо через пластмассовый глаз игрушки, и поставила его на комод в гостиной, напротив двери в нашу спальню.

— О, новый зверь в зоопарке? — усмехнулся Рома, проходя мимо. — Не слишком ли много игрушек для одного ребенка?

— Это подарок от мамы, — спокойно ответила я. — Пусть стоит, Тёме нравится.

На следующий день я специально оделась поярче, сказала Роме, что иду в торговый центр на распродажу и задержусь часа на три. Сама же доехала до ближайшего кафе, открыла приложение на телефоне и замерла.

Первые полчаса ничего не происходило. Рома ходил по кухне, пил кофе. Потом раздался звонок в дверь. В квартиру вошла Наталья. Она была в коротком платье, которое я же ей и подарила на день рождения.

— Привет, котик, — она сразу повисла у него на шее. — Жена-то ушла?

— Ушла, — Рома притянул её к себе и грубо поцеловал. — Сказала, на три часа. У нас вагон времени.

Я смотрела на экран телефона, и меня буквально трясло. Горло перехватило спазмом, хотелось кричать, но я заставила себя смотреть дальше. Они прошли в гостиную и уселись на диван, прямо напротив моего медведя.

— Слушай, Ром, мне надоело прятаться по углам, — заявила Наталья, поправляя прическу. — Когда ты уже ей всё скажешь? Мне противно смотреть, как ты перед ней лебезишь.

— Наташ, ну потерпи еще немного, — Рома вздохнул. — Ты же знаешь, квартира на её отца записана. Если я сейчас просто уйду, я останусь с голым задом. Мне нужно время, чтобы перевести часть заказов на свою подставную фирму и подготовить почву.

— А долго еще? — капризно спросила она. — Она же такая дура, ничего не замечает. Верит каждому твоему слову. «Ой, Ромочка, ты так много работаешь!» Тьфу!

Они оба залились смехом. Циничным, гадким смехом людей, которые считали себя самыми умными.

— Да, Юлька доверчивая, — согласился Рома. — Это её и погубит. Я планирую через месяц подать на раздел имущества. Адвокат сказал, что если мы докажем, что часть вложений в ремонт была из моих средств, я смогу отсудить долю. А потом мы её просто выживем. Она сама сбежит к папочке под крылышко, а мы тут с тобой гнездышко совьем.

— Ты мой гений, — Наталья снова прильнула к нему. — А Тёмка? Куда его?

— Да заберет она его, куда денется. Нам он зачем? Будем жить в свое удовольствие. Кстати, как там на работе? Твой шеф, её папаша, ничего не подозревает?

— Ой, старый хрен только и знает, что отчеты проверять, — фыркнула подруга. — Я там на хорошем счету. Если что, скажу, что Юлька сама во всем виновата, истерики тебе закатывала.

Я выключила телефон. Руки дрожали так, что я едва не выронила аппарат. Боль сменилась холодной, кристально чистой яростью. Значит, выжить меня из моего же дома? Значит, я дура?

Хорошо. Раз я дура, то и действовать буду по-глупому. Эмоционально.

Я не пошла домой сразу. Я поехала к отцу в офис. Мы просидели в его кабинете два часа. Сначала он хотел просто поехать и «набить Роме морду», но я его остановила. У меня был план получше. Куда более болезненный для этой парочки.

В субботу я объявила Роме, что хочу устроить семейный ужин. Настоящий, большой.

— Зачем это? — недовольно пробурчал он. — Опять твои родители приедут и будут меня поучать?

— Нет, любимый, — я улыбнулась самой ласковой улыбкой. — Я пригласила и твоих родителей. Они ведь так редко видят внука. И Наташу позвала, она же нам как родная. Отпразднуем покупку новой машины, о которой ты мечтал. Я решила сделать тебе сюрприз.

Рома сразу преобразился. О новой машине он бредил полгода, надеясь, что мой отец даст на неё денег.

— Серьезно? Юлька, ты чудо! — он даже подхватил меня на руки.

Вечер субботы наступил быстро. В гостиной собрались все. Мой отец со стальным выражением лица, мама, которая едва сдерживала слезы (я ей всё рассказала), родители Романа — простые, порядочные люди из провинции, которые души не чаяли в невестке.

И, конечно, Наталья. Она пришла в вызывающем красном платье, вела себя шумно, постоянно подмигивала Роме, когда я отворачивалась.

— Ну что, молодежь, — начал отец Романа, поднимая бокал. — За вашу крепкую семью! За Юлечку, которая такую атмосферу в доме создает!

— Погодите, папа, — перебила я. — Прежде чем мы перейдем к горячему и сюрпризам, я хочу показать вам небольшое видео. Мы с Ромой решили вести семейный видеодневник для Тёмочки. Чтобы он вырос и видел, как мы его любили и как жили.

— Ой, как мило! — всплеснула руками мать Романа. — Ромочка, ты такой молодец!

Рома слегка побледнел. Он не ожидал никакого «дневника».

— Юль, может потом? — попытался он вставить слово. — Люди есть хотят.

— Нет-нет, это займет всего пять минут, — я взяла пульт от телевизора. — Садитесь поудобнее. Наташа, тебе особенно понравится, ты там в главной роли.

Я нажала кнопку «Play».

На огромном экране гостиной появилось изображение с медведя. Качество было идеальным. Вот Рома открывает дверь Наталье. Вот они начинают целоваться прямо на фоне детских рисунков Тёмы.

В комнате воцарилась гробовая тишина. Слышно было только, как звякнула вилка, выпавшая из рук матери Романа.

А потом пошел звук.

«Она же такая дура, ничего не замечает…» — голос Натальи разнесся по всей квартире.

«Да, Юлька доверчивая… Это её и погубит… Мы её просто выживем… Сбежит к папочке…» — вещал Рома с экрана.

Я смотрела не на экран, а на них. Рома замер, его лицо приобрело серовато-зеленый оттенок. Он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Наталья вжалась в спинку стула, её глаза бегали по комнате, ища выход.

— Это… это монтаж! — выкрикнул наконец Рома, вскакивая. — Юля, ты что, с ума сошла? Это какой-то прикол? Нейросети!

— Нейросети? — мой отец медленно встал. — Значит, твои руки на её бедрах — это тоже спецэффекты, зять?

— Папа, послушайте, я всё объясню! — Рома повернулся к отцу. — Мы просто шутили! Это был сценарий для… для блога!

— Для блога? — подала голос мать Романа. Она подошла к сыну и с размаху влепила ему пощечину. — Ты… ты как мог? Мы тебя так воспитывали? Ты в чужом доме, на всем готовом, еще и бабу эту сюда приволок?

— Мам, не лезь! — огрызнулся Рома, теряя самообладание. — Вы ничего не понимаете! Юля меня пилила вечно, а Наташа меня поддерживает!

— Поддерживает в чем? — я подошла к нему вплотную. — В плане, как отжать у меня квартиру моего деда? Или как оставить Тёму без отца?

— Да пошла ты! — выплюнула Наталья, вскакивая. — Всё равно вы все здесь лицемеры! Рома меня любит, понятно? А ты, Юля, всегда была серой мышью, тебе просто повезло с родителями!

Она схватила свою сумку и направилась к выходу, но мой отец преградил ей путь.

— Наталья, — тихо сказал он. — Можешь завтра в офис не приходить. И за расчетом тоже. Служба безопасности уже проверяет твои последние отчеты по логистике. Думаю, там найдется много интересного для прокуратуры. Твоя карьера закончена не только у нас, но и во всем городе. Я об этом позабочусь.

Наталья побледнела. Она знала, что мой отец слов на ветер не бросает.

— Рома, сделай что-нибудь! — закричала она, глядя на любовника.

Но Рома молчал. Он смотрел на своих родителей, которые отвернулись от него с явным отвращением.

— Вон из моего дома, — спокойно сказала я. — Оба. Рома, твои вещи уже собраны. Они внизу, у консьержа. В мусорных мешках. Как раз твой уровень.

— Ты не имеешь права! — взвизгнул он. — Я тут прописан! Тёма мой сын!

— Прописка аннулируется завтра утром, — подал голос мой отец. — А насчет Тёмы… я думаю, любой суд, увидев это видео и послушав твои планы «выжить мать», ограничит тебя в правах так быстро, что ты и глазом моргнуть не успеешь.

Когда за ними захлопнулась дверь, в квартире стало удивительно тихо. Родители Романа еще долго извинялись, плакали, обнимали меня и Тёму. Им было невыносимо стыдно за сына.

Прошло три месяца. Развод прошел на удивление быстро — Рома даже не явился на последнее заседание. Видимо, было не до того. Наталья, как и обещал отец, попала под следствие за мелкие махинации с накладными, которые она проворачивала, чтобы «подзаработать» на их с Ромой будущее. Её уволили с «волчьим билетом».

Рома сейчас живет у своих родителей в другом городе. Работает на какой-то заправке, потому что в приличные места после скандала его не берут — папа постарался, чтобы история разошлась по всем знакомым HR-директорам.

А я… я сижу на кухне, пью кофе и смотрю на Тёму, который возится с тем самым медведем. Марина, наша няня, теперь получает двойную зарплату — за честность.

Знаете, мне не жаль разрушенного брака. Мне жаль только того медведя — пришлось его немного подпортить, чтобы вставить камеру. Но справедливость, как оказалось, стоит гораздо дороже одной плюшевой игрушки.