Жена узнала об измене мужа по карте робота-пылесоса и подала на развод
— Привет, мам, я дома. Да, нормально доехала, пробок почти не было, — я прижала телефон плечом к уху, пытаясь одновременно стянуть кроссовок и не уронить тяжелую сумку с банками варенья.
— Андрей встретил? — раздался в трубке бодрый мамин голос.
— Нет, он на тренировке, сказал, что задержится. Ладно, мам, я переоденусь и наберу. Целую.
Квартира встретила меня странной тишиной. Знаете, бывает такое чувство, когда в доме как будто воздух другой? Слишком стерильный или, наоборот, чем-то чужим пропахший. Мы с Андреем прожили здесь четыре года, и я знала каждый скрип половицы. Я бросила сумку на кухне и первым делом полезла в телефон. Хотела проверить, как там наш «Гоша» справился.
«Гоша» — это наш робот-пылесос. Андрей долго ворчал, что это бесполезная игрушка, но я настояла. И вот теперь, пока я была у мамы выходные, он должен был дважды пройтись по квартире. Я открыла приложение, чтобы посмотреть отчет об уборке, и замерла прямо посреди коридора.
— Что за ерунда? — пробормотала я под нос.
В субботу пылесос запускался дважды. Первый раз — в положенные одиннадцать утра. А второй раз… в три часа ночи. В три часа ночи, Карл! И судя по карте, он ползал только в нашей спальне. Причем карта выглядела так, будто Гоша пытался пробраться сквозь дремучий лес. Он постоянно натыкался на какие-то «препятствия» прямо вокруг нашей кровати. Препятствия, которых там сроду не было.
— Андрей, ты дома? — крикнула я, хотя знала, что в квартире никого.
Я прошла в спальню. Кровать заправлена идеально. Даже слишком. Андрей обычно бросает покрывало комом, а тут — уголок к уголку. Я присела на край, чувствуя, как внутри начинает ворочаться холодный липкий червяк подозрения. Открыла контейнер пылесоса — просто так, по привычке. И тут же отпрянула.
Среди серой пыли и шерсти нашего кота четко выделялся длинный, ярко-рыжий волос. У меня волосы цвета воронова крыла, я брюнетка до мозга костей. У Андрея — короткий ежик. А этот волос был медным, отливающим золотом в свете люстры.
— Рыжий… — прошептала я. — У кого у нас в доме рыжие волосы?
Память тут же подкинула картинку: Лиза из сорок пятой квартиры. Соседка снизу. Та самая, которая вечно «случайно» сталкивалась с Андреем в лифте и мило улыбалась, поправляя свою огненную гриву.
В этот момент хлопнула входная дверь. Сердце ушло в пятки.
— Ленок, ты уже приехала? — голос Андрея звучал обыденно, даже весело. — А чего свет не включаешь?
Он зашел в спальню, сияющий, в своей спортивной куртке, пахнущий морозным воздухом и… чем-то еще. Сладким. Цветочным.
— Приехала, — я медленно поднялась, сжимая в руке этот проклятый волос. — Как потренировался?
— Отлично! Тренер сегодня прямо гонял, — он подошел, чтобы меня поцеловать, но я уклонилась.
— Андрей, а зачем ты включал пылесос в три часа ночи в субботу?
Он замер. На его лице промелькнула тень — секундное замешательство, которое он тут же попытался скрыть за широкой улыбкой.
— Чего? Какой пылесос? А, этот… Да я случайно, наверное, в приложении нажал. Или он сам заглючил. Ты же знаешь, китайская техника.
— Случайно нажал в три часа ночи? — я сделала шаг к нему. — И он случайно поехал именно в спальню? И случайно натыкался там на гору вещей, которые лежали на полу?
— Лен, ну что ты несешь? Какие вещи? Я спал! — он начал раздражаться, это была его любимая тактика защиты.
— Спал? Один?
— Конечно, один! С кем я, по-твоему, мог быть? С котом?
— Тогда чье это? — я протянула ладонь, на которой лежал медный волос.
Андрей посмотрел на мою руку так, будто я держала дохлую крысу. Он сглотнул, но голос его остался твердым.
— Это твое, наверное. Или мамино. Ты же к ней ездила, может, привезла на одежде.
— Мама — седая, Андрей. А я — черная. А Лиза из сорок пятой — рыжая. Яркая такая, правда?
— При чем тут Лиза? — он сорвался на крик. — Ты совсем уже со своими подозрениями с ума сошла! Я пашу как лошадь, а ты мне сцены устраиваешь из-за какого-то мусора!
Он развернулся и ушел на кухню, громко топая. Я стояла в темноте спальни, и меня трясло. Я не стала плакать. Вместо этого я достала телефон и набрала свою лучшую подругу Марину. Та взяла трубку после первого же гудка.
— Марин, мне нужно, чтобы ты сейчас приехала. С бутылкой чего-нибудь крепкого. Нет, не шучу. Андрей мне изменил.
— Что?! — Марина задохнулась на том конце провода. — С чего ты взяла? Вы же идеальная пара!
— Робот-пылесос сдал, — коротко ответила я. — Приезжай, я всё покажу.
Через сорок минут мы сидели с Мариной на кухне. Андрей заперся в гостиной и демонстративно включил телевизор на полную громкость.
— Смотри, — я открыла карту в приложении. — Вот кровать. Видишь эти серые зоны? Пылесос не смог туда заехать. Он бился об них. Здесь, здесь и здесь. Как будто на полу лежала куча одежды. Или… или кто-то стоял прямо там.
— Слушай, Ленка, это же гениально, — Марина вглядывалась в экран. — Он реально зафиксировал лишние объекты. А время? Три двенадцать ночи. Андрей в это время должен был десятый сон видеть.
— Он говорит — глюк. И про волос говорит, что мой.
— Твой? — Марина усмехнулась и дернула меня за прядь. — Ты у нас брюнетка жгучая. Чтобы этот волос стал твоим, тебе нужно искупаться в перекиси. А Лиза… я ее видела вчера. Она как раз в субботу вечером такая вся расфуфыренная из лифта выходила. Андрей в это время как раз мусор выносить пошел. Долго так выносил, я еще удивилась.
— Ты думаешь, это уже давно у них? — у меня перехватило горло.
— Какая разница, давно или нет? — отрезала подруга. — Факт налицо. Он притащил бабу в вашу постель, пока ты была у матери. Это дно, Лен.
— Я не хочу в это верить, Марин. Четыре года. Мы же о детях начали говорить…
— Вот и слава богу, что не успели родить! — Марина стукнула кулаком по столу. — Ты сейчас должна быть холодной и расчетливой. Квартира на кого оформлена?
— В общую долевую. Но ипотеку мы закрыли моими деньгами с продажи бабушкиной дачи. Он только небольшую часть вносил.
— Значит так, завтра идем к моему юристу. А сейчас… сейчас иди и скажи ему, что ты всё знаешь. Не давай ему соскочить.
Я встала, вытерла слезы и пошла в гостиную. Андрей сидел в кресле, глядя в экран, но я видела, что он не смотрит фильм. Он напряженно ждал.
— Андрей, выключи это, — тихо сказала я.
— Дай кино досмотреть, — буркнул он.
Я подошла и нажала кнопку на пульте. Тишина в комнате стала оглушительной.
— Ты пригласил Лизу сюда в час ночи? Или она сама пришла?
— Лен, хватит. Ты бредишь.
— Я зашла к Лизе пять минут назад, — соврала я, глядя ему прямо в глаза. — Она всё подтвердила. Сказала, что вы любите друг друга уже два месяца.
Это был блеф. Чистейшей воды. Но Андрей не выдержал. Его лицо вдруг обмякло, он как-то сразу постарел и осунулся.
— Она… она реально так сказала? Вот дура…
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Значит, правда. Всё правда.
— Значит, два месяца? — прошептала я. — Пока я готовила тебе ужины, пока мы выбирали обои в прихожую… ты спал с соседкой?
— Лен, это просто вышло так. Она одинокая, я… я просто зашел к ней кран починить. А потом завертелось. Я хотел сказать, честно!
— Кран починить? В три часа ночи в нашей спальне? — я начала смеяться. Это был истерический смех. — Ты хоть понимаешь, как это жалко звучит?
— Да что ты вцепилась в этот пылесос! — он вскочил. — Ну было и было! Один раз она пришла сюда, потому что мне было скучно! Ты вечно у своей мамочки торчишь, а я что, монах?
— Я была у мамы два дня! У нее давление под двести! — закричала я. — А ты не мог два дня потерпеть?
— Да ты всегда найдешь повод свалить! — он перешел в наступление. — То мама, то подруги, то работа. А Лиза всегда рядом. Она меня слушает, понимаешь? Она восхищается мной!
— Восхищается? Тем, что ты не можешь даже следы за собой убрать? Ты даже Гошу не догадался отключить, — я швырнула в него телефон. — Убирайся. Прямо сейчас.
— Куда я пойду? Это и моя квартира тоже!
— Сейчас ты пойдешь к своей Лизоньке. Пусть она восхищается твоими грязными носками. А завтра я подаю на развод. И поверь мне, Андрей, я вытрясу из тебя эту квартиру. У меня есть все логи посещений, есть свидетельница Марина, которая видела вас в лифте, и есть твое признание, которое я только что записала на диктофон.
Я показала ему второй телефон, который всё это время лежал в кармане с включенной записью. Это тоже был блеф — я нажала на запись только в середине разговора, но он-то этого не знал.
Андрей побледнел. Он знал, что я слов на ветер не бросаю.
— Ты… ты всегда была такой расчетливой стервой, — прошипел он, хватая куртку. — Подавись этой квартирой. Лиза меня примет.
— Конечно, примет. У нее же однушка в ипотеке, а ты у нас такой завидный жених с чемоданом носков.
Дверь захлопнулась с такой силой, что задрожали стекла. Я опустилась на пол прямо в коридоре. Марина тут же выбежала из кухни и обняла меня.
— Всё, Ленка, всё. Он ушел. Ты молодец.
— Марин, мне так больно… — я наконец разрыдалась. — Почему он так поступил? Мы же… мы же хотели собаку купить в следующем месяце.
— Значит, купишь собаку сама. Большую и верную. Которая не будет водить рыжих соседок в дом.
Следующие три дня превратились в сплошной кошмар из звонков юристам, сбора вещей и визитов к нотариусу. Андрей пытался звонить, просил прощения, говорил, что Лиза — это ошибка, что она его «окрутила». Но я была непреклонна.
В понедельник я встретила Лизу у подъезда. Она стояла, курила, и на ее лице не было ни капли раскаяния.
— Ну что, выставила мужика? — насмешливо спросила она.
— Отдала в хорошие руки, — спокойно ответила я. — Только учти, Лиза, он привык, что ему гладят рубашки и подают завтрак в постель. А еще он храпит. И денег у него теперь нет, потому что квартира остается мне.
У нее дернулся глаз. Видимо, Андрей не спешил радовать ее подробностями нашего раздела имущества.
— Посмотрим, надолго ли тебя хватит, — бросила она и скрылась в подъезде.
Суд прошел на удивление быстро. Учитывая, что большую часть денег на квартиру дала моя семья, и у меня были доказательства его неверности (хотя в России это не сильно влияет на раздел, Андрей так испугался огласки на работе, что подписал мировое соглашение), я отсудила квартиру. Он получил старую машину и небольшую денежную компенсацию.
В день, когда он забирал последние вещи, в квартире стояла странная пустота.
— Лен, может, попробуем еще раз? — он стоял в дверях с большой коробкой. — Ну все же ошибаются.
— Нет, Андрей. Ошибка — это когда хлеб не тот купил. А то, что сделал ты — это выбор. Ты выбирал ее каждую секунду эти два месяца. Ты выбирал ее, когда приглашал в нашу кровать.
— Я просто запутался…
— Распутывайся теперь сам. И Гошу забери, — я протянула ему коробку с пылесосом. — Он мне больше не нужен. Я теперь сама за своей жизнью следить буду.
— Ты серьезно? Ты отдаешь мне пылесос?
— Да. Пусть он тебе в три часа ночи напоминает, какой ты идиот. Карта памяти там сохранена.
Когда за ним закрылась дверь, я первым делом открыла все окна. Хотелось выветрить этот запах чужих духов и предательства. Я налила себе кофе, села на подоконник и посмотрела на город.
В телефоне пискнуло уведомление. Новое приложение для поиска жилья? Нет, это пришло сообщение от банка. Ипотека полностью погашена, обременение снято.
Я улыбнулась. Жизнь не закончилась. Она просто прошла генеральную уборку. И теперь в ней не осталось ни пылинки лишнего, ни одного рыжего волоса.
Через неделю я купила себе огромный букет белых лилий. Они пахли так сильно, что перекрывали любые воспоминания. А еще через месяц в моем доме появился новый житель — золотистый ретривер по кличке Арчи. Он был рыжим, но это был единственный рыжий, которому разрешалось спать на моей кровати.
— Ну что, Арчи, — сказала я, почесывая пса за ухом. — Пойдем гулять? Нам теперь никто не запрещает задерживаться на улице сколько угодно.
Пес радостно гавкнул. Я закрыла дверь, провернула ключ и почувствовала себя абсолютно счастливой. Иногда, чтобы найти себя, нужно просто внимательно посмотреть в приложение для уборки.
