Жена узнала о тайной семье мужа из популярного блога «Идеальный папа»
— Оль, ты только не падай, — голос Лерки в трубке дрожал так, будто она только что увидела привидение. — Я тебе сейчас ссылку скину в Телеграм. Посмотри. Только сядь сначала.
Я вытерла мокрые от посуды руки о фартук и усмехнулась. Лерка вечно раздувала из мухи слона. То у неё скидки на сумки такие, что «сердце замирает», то сосед косо посмотрел.
— Лер, мне некогда. У Паши завтра поезд из Сургута, мне надо котлет накрутить, чтобы он с дороги поел по-человечески. Он там на своих макаронах совсем исхудал, наверное. Инженерная доля — она такая.
Телефон пискнул. Я открыла сообщение. Ссылка вела в профиль какой-то Светланы, блогера-миллионника. Название ролика: «Один день из жизни идеального отца: как мой муж исполняет все капризы дочки».
Я нажала на «плей». Картинка была яркая, сочная, профессиональная. Огромный загородный дом, панорамные окна, белая мебель. И по этому дому бегала маленькая девочка лет двух в розовом платье.
— Папочка, догоняй! — звонко смеялась малышка.
И тут в кадр зашел «папочка». В дорогом кашемировом свитере, с часами, которые стоили как наша квартира, и с абсолютно счастливой улыбкой. Это был Павел. Мой Паша. Мой муж, который в эту самую минуту должен был сидеть в промерзшем строительном вагончике под Сургутом, проверяя чертежи узлов ГТС.
— Иду, принцесса! — он подхватил девочку на руки и закружил. — А где наша мама? Мама, иди к нам!
В кадре появилась ослепительная блондинка. Светлана. Она обняла моего мужа, и он поцеловал её так, как не целовал меня последние лет десять.
— Паш, ты чего? — шепнула я пустоте кухни. Ноги подкосились, и я сползла по стенке на линолеум.
— Какой двойник, Оля! У него родинка над правой бровью и шрам на руке, который он получил, когда мы на даче забор чинили пять лет назад! И свитер! Этот свитер ты ему на прошлый день рождения дарила!
— Нет, — я покачала головой, хотя Лерка меня не видела. — Тот свитер он сказал, что потерял в командировке. Сказал, в прачечной перепутали.
— Олька, он тебя четыре года за нос водит! У этой Светланы блог начался четыре года назад с видео «Мы ждем ребенка». Я сейчас всё проверила. Паша там — постоянный герой. Только он там не инженер Паша, а «успешный инвестор Павел Сергеевич».
— Инвестор… — я почувствовала, как внутри закипает что-то ледяное. — А я ему на билеты до Сургута со своей зарплаты откладывала, когда у них «задержки» были.
— Слушай меня, — Лерка перешла на заговорщицкий шепот. — Не вздумай ему звонить. Он сейчас трубку не возьмет или наврет про плохую связь. Нам нужен план. Ты понимаешь, что он ворует у тебя жизнь?
— Я понимаю, что у него там ребенок, Лера. Ребенок. Ей года два. А он мне говорил, что мы не можем сейчас себе позволить детей, надо «встать на ноги».
— Тварь, — коротко резюмировала подруга. — Ты где сейчас?
— Дома. Котлеты… я фарш достала.
— Выброси фарш! Я сейчас приеду. Мы его уничтожим, Оля. Публично. Как он любит.
Через двадцать минут Лера уже сидела у меня на кухне, энергично стуча ложкой по кружке с чаем.
— Так, я посмотрела её сторис. Завтра у этого «инвестора» праздник. Годовщина их знакомства. Она анонсировала грандиозный прямой эфир вечером. «Сюрприз для любимого», все дела.
— Я хочу ей написать, — сказала я, глядя в экран телефона. — Этой Светлане.
— Окстись! Она тебя заблокирует и ему нажалуется.
— Нет, Лера. Посмотри на её лицо. Она не выглядит как стерва, которая знает о жене. Она светится. Она дура, такая же, как я. Только в бриллиантах.
— И что ты ей напишешь? «Привет, я законная жена твоего инвестора, давай дружить»?
— Почти. Я пришлю ей фото нашего свидетельства о браке. И наше свадебное фото. То самое, где он ещё худой и в дешевом костюме. Оно у меня на видном месте стоит.
Я зашла в Директ к Светлане. Пальцы не слушались. «Здравствуйте, Светлана. Посмотрите, пожалуйста, на эти фото. У вашего идеального отца завтра не только годовщина с вами, но и пятнадцать лет брака со мной. И из Сургута он возвращается ко мне, а не к вам».
Прошел час. Потом второй. Мы с Лерой сидели в тишине. Я ждала, что меня заблокируют. Но вдруг телефон завибрировал. Видеозвонок.
Я нажала на кнопку. На экране была Светлана. Без фильтров, с размазанной тушью и красными глазами.
— Вы… вы Ольга? — её голос дрожал.
— Я. А вы, стало быть, Света.
— Это правда? — она подняла в кадр распечатанное фото моего свидетельства, которое я ей скинула. — Он сказал, что он сирота. Что у него никого нет, кроме меня и дочки.
— Сирота при живой жене и матери в Самаре, — я горько усмехнулась. — Он вам тоже говорит, что ездит на объекты в тайгу?
— Нет, — Света всхлипнула. — Он говорит, что летает в Лондон и Сингапур на закрытые сделки. На две недели каждый месяц. Сказал, что там связи плохие и часовые пояса… Боже, какая я идиотка!
— Мы обе идиотки, Света. Только я — бюджетная версия, а вы — премиум.
— Ольга, послушайте… — Света вытерла слезы и внезапно её взгляд стал жестким. — Он мне загородный дом подарил. На меня оформил. И машину. Но счета… у него есть счета, про которые он говорил, что это «наш семейный фонд». Я знаю пароли. Он мне доверял, думал, я просто красивая кукла.
— Он инженер в строительной фирме с зарплатой в восемьдесят тысяч, Света. Откуда у него миллионы на дома и фонды?
— Какие восемьдесят тысяч?! — Света почти вскрикнула. — Он учредитель инвестиционной компании «Вектор». Я видела документы. Он поднялся на каких-то госзакупках пять лет назад.
— Пять лет назад… — я закрыла глаза. — Как раз тогда он начал «ездить в командировки». А я в это время на двух работах пахала, чтобы мы ипотеку закрыли. Он говорил, что у фирмы проблемы.
— Ольга, вы хотите мести? — в голосе Светланы прорезался металл. — Завтра в семь вечера у меня прямой эфир. Пятьсот тысяч человек будут смотреть. Он думает, что это будет признание в любви. Я хотела объявить, что жду второго ребенка.
У меня перехватило дыхание. Второго.
— Вы беременны?
— Была уверена, что да. Но после вашего сообщения… Ольга, давайте устроим ему такой «Вектор», который он никогда не забудет. Вы в Москве?
— В Москве. В нашей однокомнатной «хрущевке», которую он называет «базой для отдыха от суеты».
— Приезжайте по адресу, который я скину. К шести вечера. Мы подготовимся.
Следующий день прошел как в тумане. Я купила себе новое платье — ярко-красное, как вызов. Лера поехала со мной «для поддержки и фиксации побоев, если что».
Дом Светланы впечатлял. Но когда я зашла внутрь, я не почувствовала зависти. Только тошноту. Всё здесь было куплено на ложь. На мои бессонные ночи, на его вечное «Оля, потерпи, скоро заживем».
Света встретила меня на пороге. Она была в таком же красном, как и я. Мы переглянулись и без слов поняли друг друга.
— Он приедет через десять минут, — сказала она. — Телефон закреплен на штативе, он его не увидит за цветами. Стрим начнется, как только он войдет.
— А дочка? — спросила я.
— С няней в игровой. Я не хочу, чтобы она это видела.
Мы затаились в столовой. Светлана стояла в центре гостиной, окруженная огромными охапками белых роз.
Щелкнул замок. Послышались шаги Павла. Его голос, такой родной и такой фальшивый, разнесся по дому.
— Светик, я дома! Малыш, ты где? Я такие новости привез! Сделка в Лондоне закрыта, мы теперь официально можем покупать ту яхту!
Он вошел в гостиную, сияющий, в безупречном костюме. Бросил ключи от дорогого авто на столик.
— Светик, а что за цветы? Ого! Празднуем?
Света улыбнулась. Я видела её профиль — губы подрагивали, но она держалась.
— Да, Паш. Празднуем. И нас сейчас смотрит полмиллиона человек. Поздоровайся с подписчиками.
Павел замер. Его взгляд метнулся к штативу, спрятанному в розах.
— Света, ты чего? Какой стрим? Мы же договаривались — личная жизнь не для всех.
— О, сегодня особенный случай, — Света подошла к нему ближе. — Ты ведь так любишь говорить о любви. Скажи, Паш, ты меня любишь?
— Конечно, люблю! Ты — единственная женщина в моей жизни. Ты и дочка — мой мир. К чему эти вопросы на камеру?
— Единственная? — переспросила Света. — То есть, никаких других обязательств? Никаких тайн?
— Клянусь, — он прижал руку к сердцу. — Я весь твой. Всё, что у меня есть, — для тебя.
— Ну, тогда пришло время познакомиться с твоим «прошлым», — Света кивнула мне.
Я вышла из тени столовой. Павел побледнел так, что стал похож на привидение. Его челюсть буквально отвисла.
— О… Оля? — прохрипел он. — Ты… как ты тут… что происходит?
— Привет, Пашенька, — я подошла к нему вплотную. — Как Сургут? Не замерз в вагончике? Котлеты твои любимые дома остались, зря крутила.
— Оля, я всё объясню… это… это деловой проект! — он начал пятиться, наткнулся на диван и сел.
— Деловой проект в розовом платье, который зовет тебя папой? — я указала на фото девочки на камине. — Или деловой проект в виде яхты, которую ты собрался покупать, пока я экономлю на сапогах?
— Света, выключи это! — заорал он, заметив, что телефон всё еще снимает.
— Нет, Паша, — Света подошла к нему с другой стороны. — Пусть люди посмотрят на «Идеального папу». В комментариях уже тридцать тысяч сообщений. Тебя узнали, Паш. Твои коллеги из «Вектора» пишут, что в шоке. Твоя мама из Самары только что зашла на стрим и спрашивает, что за внучка у неё появилась.
Павел обхватил голову руками.
— Вы не понимаете… я люблю вас обеих! Оля, ты — мой фундамент, мой тыл. Света — моё вдохновение. Я просто не хотел никого обижать!
— Не хотел обижать?! — я не выдержала и закричала. — Ты четыре года врал мне в лицо! Ты смотрел мне в глаза и говорил, что у нас нет денег на ребенка, потому что ты строишь наше будущее! А сам строил его здесь!
— Я давал тебе деньги! — огрызнулся он. — Ты ни в чем не нуждалась!
— Ты давал мне крохи с барского стола, чтобы я не задавала вопросов! — я сорвала с пальца обручальное кольцо и швырнула в него. — Забирай свой фундамент. Я подаю на развод. И поверь мне, Павел Сергеевич, я найду способ вытрясти из твоего «Вектора» всё, что ты скрыл.
— По закону тебе положена половина моей зарплаты инженера! — злобно выплюнул он, теряя маску добропорядочности. — Удачи в суде с моими адвокатами.
— А вот тут ты ошибся, дорогой, — подала голос Светлана. — Помнишь, ты давал мне доверенность на управление своими счетами, когда «улетал в Сингапур»? Так вот, Ольга, я сегодня утром перевела все доступные средства на отдельный счет. Для аудита. И я передам все данные её адвокатам. Ты остался гол как сокол, Паша. Твой дом оформлен на меня. Твоя машина — тоже. А твои «инвестиции» теперь под пристальным вниманием налоговой, я об этом позаботилась перед эфиром.
Павел вскочил, замахиваясь на Светлану.
— Ах ты дрянь! Ты всё разрушила!
— Не подходи к ней, — я встала между ними. — Нас всё еще смотрят пятьсот тысяч человек. Хочешь добавить к разводу и налогам еще и статью за нападение в прямом эфире?
Он опустил руку. Его лицо исказилось от бессильной злобы. Он выглядел жалким. Не успешным инвестором, не заботливым мужем, а мелким воришкой, которого поймали за руку в чужом кармане.
— Убирайся, — тихо сказала Света. — Вещи я вышлю курьером. В твою «хрущевку». Там тебе самое место.
Павел молча схватил пиджак и выбежал из дома. Мы слышали, как взвизгнули шины его машины.
В гостиной повисла тишина. Света подошла к штативу и выключила эфир.
— Ну вот и всё, — она устало опустилась на пол прямо в своем шикарном платье. — Шоу закончилось.
— Света… — я присела рядом. — Вы правда беременны?
Она посмотрела на меня и горько усмехнулась.
— Нет. Соврала, чтобы он расслабился и начал свою шарманку про «единственную». Я знала, что тебя это добьет, если это будет правдой. Хотела, чтобы ты разозлилась сильнее.
— Спасибо, — я выдохнула. — Наверное.
— Знаешь, что самое смешное? — Света вытерла лицо. — Он ведь правда думал, что он гений. Что может жонглировать жизнями людей и никогда не уронить мяч. А мы для него были просто мячиками. Один — надежный, кожаный, старый. Другой — яркий, красивый, новый.
— Только мячики оказались со свинцовым наполнением, — добавила я.
Мы просидели так еще час, разговаривая о том, о чем обычно не говорят незнакомые женщины. Она рассказывала, как он красиво ухаживал, как обещал ей весь мир. Я рассказывала, как мы делили одну сосиску на двоих в студенческой общаге.
Оказалось, что он врал нам зеркально. Мне — про бедность и честный труд, ей — про аристократическое происхождение и невероятный талант финансиста.
— Ольга, вы ведь не отступите? — спросила Света, провожая меня до ворот. — У него на офшорах еще много чего припрятано. Мои юристы помогут вашим. Я не хочу, чтобы этой мрази досталось хоть что-то.
— Не отступлю, — пообещала я. — У меня теперь много свободного времени. Котлеты-то жарить некому.
Суды длились почти полгода. Благодаря публичности и помощи Светланы, нам удалось доказать, что Павел скрывал доходы от семьи на протяжении всех четырех лет существования «Вектора». Судья, женщина с суровым лицом, смотрела на Павла с явным отвращением.
Его счета заблокировали. Компанию начали проверять по факту мошенничества. Выяснилось, что его «инвестиции» были на грани пирамиды, и только вовремя поданные иски спасли остатки активов.
В итоге я получила такую сумму компенсации, о которой даже не мечтала. Хватило и на новую квартиру, и на небольшое кафе, о котором я всегда грезила, но Паша говорил: «Оля, какой бизнес, ты же в этом ничего не смыслишь, сиди дома».
Светлана уехала из того дома. Продала его, отдала часть денег в фонд помощи женщинам, попавшим в трудную ситуацию, и открыла новый блог. Теперь она пишет не про «идеальных отцов», а про то, как распознать манипулятора на первом свидании. У неё бешеная популярность.
А Павел… Недавно Лерка видела его у метро. Потертый пуховик, хмурый взгляд. Работает обычным прорабом на стройке. Живет у матери в Самаре, потому что московскую квартиру пришлось продать, чтобы выплатить долги и алименты Свете.
Иногда я захожу на его страницу в соцсетях. Он там до сих пор выкладывает старые фото из «красивой жизни» с подписями о том, как временно отступил, чтобы «совершить великий рывок».
Я закрываю ноутбук и иду на кухню. Там пахнет свежим кофе и корицей. Моё кафе открывается через час. И знаете, что самое приятное? Мне больше не нужно крутить котлеты в Сургут. Я готовлю их только для тех, кто по-настоящему этого достоин.
А Лерка всё допытывается: «Ну что, Оль, когда на свидание? У меня тут есть один знакомый, честный строитель…».
Я только смеюсь. Честных строителей я уже видела. Теперь я предпочитаю строить свою жизнь сама. Без прорабов.
